Нерегулярный блог. Гаккапелиты – финские рейтары армии Швеции

Возвращаю нерегулярную рубрику - воины XVII века, и сегодня поговорим о гаккапелитах (они же хаккапелиты), которые фигурируют ещё в первом романе трилогии. Сегодня поговорим о них подробней.

Прозвище  «гаккапелиты» образовалось от их боевого клича «Хаккаа пяялля!», что в  приблизительном переводе означает «Бей по голове!» или «Руби сверху!».
В  1541 году указом шведского короля Густава Вазы в его войске учреждаются  особые части из финнов. Слияние их со шведами было нецелесообразно, так  как государственный язык они знали плохо или не знали совсем, к тому же  сильно отличались по менталитету.
Практика  войн XVII века потребовала от шведских рейтар универсализма – и  таранных атак, и умения рубиться в конной свалке, и набеговых  партизанских действий, – всего того, что прекрасно умели делать их  противники. При короле-полководце Густаве II Адольфе Ваза его рейтария  принимает атакующий стиль боя, стреляя из пистолетов только первыми  двумя рядами (первый ряд стрелял дважды – с 20 и 5 метров) и далее  действуя холодным оружием. Кстати, знаменитый шведский рассекающий «удар  смерти» через плечо вызвал в европейских армиях введение стального  погона, затем ставшего суконным.

По  древней рейтарской повинности мыз, идущей с XVI века, избравшие ее  свободные шведские и финские крестьяне снаряжали со своего имения или  группы дворов кавалериста в полном вооружении, пользуясь за это  временным или пожизненным освобождением от тяжелых налогов и рекрутчины.  
В  рейтары обычно шли младшие сыновья крестьян или служилых людей. В  случае смерти, увечья или дезертирства, утраты лошади, оружия и  снаряжения конники должны были заменяться. В меньшей степени набирали  финских рейтар и по вербовке, зачастую принудительной, а с 30-х годов  XVII века стали брать по рекрутскому набору.
В  начале XVII века шведско-финские кавалеристы в войнах с Речью  Посполитой в Лифляндии не снискали себе особых лавров, а горечь  поражения вкушали неоднократно, это и поражение в битве при Кокенгузене,  и Киркхгольм.
Первые  победы одержали финские рейтары в Московском государстве, куда в годы  Смутного времени по Выборгскому договору между правительством Василия  Шуйского и Швецией в феврале 1609 года был направлен 5-тысячный наемный  шведский отряд Якоба Делагарди (3 тысячи пехоты, 2 тысячи кавалерии).
Двигаясь  из Новгорода на юг вместе с русским войском князя Скопина-Шуйского, в  мае шведский передовой отряд Эверта Горна численностью в 2 тысячи рейтар  и пехотинцев наголову разбил «воров литовских» и сторонников самозванца  под командованием Керножицкого и князя Шаховского при Старой Руссе, а в  июне – у Торопца, взял Порхов.
12  июля под непрекращающимся дождем состоялась упорная двухдневная битва  шведов с войском Зборовского под стенами Твери, где финскими рейтарами  правого крыла командовал сам Делагарди. В критический момент боя, когда  дрогнули немцы, французы и русские, именно возглавляемая им атака  финской кавалерии на три сильнейших неприятельских хоругви спасла  положение, враг обратился в бегство. Шведам удалось одержать верх до  темноты, но на следующий день поляки, литвины, казаки и русские  сторонники Лжедмитрия были в новом бою разбиты и отступили в крепость.  Ночной приступ Твери Делагарди не удался, и он пошел дальше, оставив  город в тылу.
Войско  стало под Калязином на Волге. Здесь финская кавалерия взбунтовалась  из-за невыплаты жалованья. Рейтары заявили, что их ведут в глубь России  на убой, так что семьи, оставленные в Финляндии, будут брошены властями  без всякой помощи, что московская сторона вероломно не выполняет своих  обещаний. Финны двинулись обратно на Новгород, захватив знамена и  увлекая с собой офицеров, примеру их последовали французы и немцы.
Делагарди нагнал колонны и увещеваниями, уговорами и угрозами обнаженным мечом усмирил бунт.
Скопин-Шуйский  вскоре прислал , но поздней осенью подавляющее большинство наемников,  отказывавшихся воевать, пришлось отправить через Новгород в Финляндию в  сопровождении командующего. Прибыв в Новгород, вслед им Делагарди  мстительно направил просьбу выборгскому наместнику о проведении над  прибывшими из Московии солдатами следствия с целью выявления и наказания  смутьянов.
В  январе 1610 года на Верхнюю Волгу прибыло новонабранное из  разноплеменных наемников войско в числе до 1800 человек, и среди них  финская рейтарская лейб-рота командующего кавалерией Корнелия Поссе.  Союзники сняли осаду Троице-Сергиевой обители, разбили Сапегу под  Переславлем, Александровской слободой и Иосифовым монастырем,  деблокировали Москву.
В  мае 1610 года на Смоленщине к Делагарди присоединился вышедший из  Новгорода отряд Эверта Горна, состоящий из наемников разных наций, в  котором один рейтарский корнет был финским.
В  июне 1610 года при Клушине 35-тысячное войско царского брата князя  Дмитрия Шуйского, где добрую четверть составлял наемный корпус  Делагарди, собираясь деблокировать Смоленск, потерпело катастрофическое  поражение от 6 тысяч гусар и казаков гетмана Жолкевского.
Далее  Швеция, заключив перемирие с Речью Попполитой, перешла к войне с  Россией. В войске Делагарди, который сел в захваченном Новгороде  наместником и главнокомандующим войсками оккупированного края,  насчитывалось несколько хоругвей финских рейтар, которые принимали  участие в осадах и оккупации Новгорода, Орешка, Копорья, Корелы, Ладоги,  Тихвина с монастырями, Порхова, Яма, Ивангорода, Гдова. Одна рота  финских рейтар участвовала в экспедиции по Северному Приладожью, в ходе  которой шведы разбили русских при Ристилахти и встретились на Свири близ  Олонца с рейдирующим по Русскому Северу отрядом нанятых Делагарди  лисовчиков. Там в марте 1614 года «интервенты» были порознь разбиты и  вытеснены за шведский рубеж правительственными войсками – стрельцами и  казаками тихвинского воеводы и служилыми татарами Барай-мурзы Кутумова.
В  последней осаде Пскова в июле-октябре 1615 года участвовало до тысячи  финских всадников. Воевать им довелось под началом самого молодого  короля Густава II Адольфа Вазы.
Первый  полководческий опыт короля был неудачным: псковичи отбивали все штурмы,  делали конные вылазки. 21 июля на глазах Густава Адольфа был «стрелен с  самопала в голову» сам фельдмаршал Эверт Горн, с презрением к опасности  поскакавший в бой во главе финских рейтар в блестящих доспехах и  платье. Погиб полководец, которому король говорил: «Ваша жизнь для меня  дороже Новгорода».
Осаждавшие  в своих лагерях голодали, пошли дожди, от эпизоотии пали лошади, и  Густав раздал финским рейтарам все свои королевские конюшни. Решающий  штурм не удался – псковичи выбили неприятеля из проделанного в стене  пролома, пал на приступе генерал-квартирмейстер Роберт Мюр, командир  финской конницы. 17 октября, накануне приближения зимы, шведам пришлось  снять осаду Пскова.
После  Московской войны финские рейтары были объединены в четыре хоругви –  Финляндскую, Тавастландскую, Нюландскую и Карельскую численностью от 230  до 300 всадников, делившуюся на три корнета, а в гвардейской  кирасирской хоругви также был финский корнет. В мирное время «земельные»  хоругви размещались на землях своих ленов и комплектовались из местных  уроженцев. Штат рейтарской хоругви включал ротмистра, лейтенанта,  фенриха (прапорщика, знаменосца), 5 капралов, писаря, квартирмейстера,  профоса, двух трубачей, пастора и цирюльника.
В  1621 – 1622 годах в ходе военной реформы Густава Адольфа громоздкие  хоругви сменяются лучше управляемыми ротами по 125 человек,  объединявшимися во временные эскадроны и полки численностью от 300 до  600 всадников (иногда полки именуются эскадронами). Штат роты включал  ротмистра, лейтенанта, корнета, штандарт-юнкера, фурьера,  квартирмейстера, двух капралов, двух трубачей, писаря, профоса, пастора,  кузнеца и цирюльника. Оснащение финских рейтар в то время было  неважным: по результатам смотра 1623 года половина личного состава 11  рот не имела кирас, видимо, обходясь кожаными колетами, а четверть не  имела положенной пары пистолетов.
Летом-осенью  1621 года король с большим войском осаждает и берет Ригу, в 1621 – 1623  годах воюет в Курляндии с гетманом Радзивиллом. В боевых действиях  участвуют финские рейтарские роты Акселя Матсона, Андерса фон  Гротхузена, Райнхольда Вюнша, Нильса Монссона, Олафа Дуфвы, Йенса Курка.  
К  началу новой войны с Речью Посполитой летом 1625 года в Эстляндии в  отряде Густава Горна, расположенном в крепости Нарва, было сосредоточено  9 финских рейтарских рот. Рейтары участвуют во взятии Дерпта,  Мариенбурга и неудачной осаде Динабурга.
В  январе 1626 года у Вальгофа в Курляндии Густав Адольф, предприняв  внезапный поход в ночь на Рождество, наголову разбил войско Сапеги.  Когда литовцы под давлением превосходящих сил шведов начали отступление  по узкому межозерному перешейку, король послал в атаку фланговые  кавалерийские крылья генерала Горна и графа фон Турна, по шесть финских и  по три шведских роты в каждом (финские роты Густава Горна, Райнхольда  Вюнша, Фабиана Врангеля, Генриха фон Ховена, Якоба Бенгтсона, Ларса  Линделефа, Клааса Бертельсона, Герда Скютте и Джона Рамзая). Рейтары  опрокинули пытавшихся контратаковать гусар и учинили разгром пехоты и  обратившейся в бегство конницы.
Еще  более отличились финские кавалеристы в Польской (Королевской) Пруссии,  где летом 1626 года высадились войска Густава Адольфа. В серии из трех  сражений при крепости Меве (Гнев) в сентябре этого года  король-полководец отразил все атаки кавалерии своего кузена короля  Польши Сигизмунда III Ваза, перешел в наступление и заставил поляков  снять осаду крепости.
В  тяжелой войне в голодных и чумных Пруссии и Лифляндии финны отличались  не только в сражениях, но и в разведках, партизанских рейдах,  грабительских фуражировках и угонах скота, за что и получили у  иностранных наблюдателей прозвища «шведские татары» и «казаки Густава  Адольфа».
Нельзя  не отметить, что наряду с такими традиционными национальными  качествами, как храбрость, выносливость и верность, многие отмечали у  финнов и жестокость по отношению к врагам и местному населению, которую  отмечали все их противники. Гаккапелиты не брали пленных, их противники  отвечали им тем же. Не случайно появилась католическая молитва: «A  horrible hakkapelitorum agmine libere nos Domine! («От свирепых  гаккапелитов освободи нас, Господи!»).
Численность  финской кавалерии, доказавшей свои прекрасные боевые качества,  постоянно росла. Если в начале войны в Пруссии насчитывалось всего  четыре рейтарские роты эскадрона Оке Тотта, то через год уже семь,  объединенных в полк. В конце войны их было уже четырнадцать. Столько же  рот насчитывалось и в течение войны в армии Горна в Лифляндии. Финны к  концу войны составляли две трети всей шведской конницы, и не было битвы,  где бы они не отличались.
В  июле 1627 года, будучи в разведке, 150 финских рейтар Оке Тотта и 180  шведских мушкетеров Лесли встретили у деревни Лангерфельд конный  авангард Конецпольского из трех гусарских, двух драгунских и девяти  казацких рот. Как свидетельствуют в своих письмах король и канцлер  Оксиеншерна об этом небывалом бое, рейтары Тотта, воодушевившись  мужеством отчаяния, во главе со своим командиром атаковали и опрокинули  пять передовых казачьих рот, положив на месте от 150 до 300 казаков, 8  человек с хорунжим пленили, захватили 3-4 знамени, потеряв лишь одного  убитым и до десяти ранеными.
Перед  сражением при Диршау (Тчев) в августе 1627 года рейтары Тотта спасли  жизнь короля при рекогносцировке (он имел плохое зрение и постоянно  заскакивал вперед). В первый день битвы шведская кавалерия, в составе  которой было 4 финских роты Оке Тотта, одним «белым оружием» (шпагами)  опрокинула и погнала по гатям через болото конницу гетмана  Конецпольского.
Финны  участвовал в походе на Грауденц и Страсбург летом-осенью 1628 года, в  феврале 1629 года участвовали в поражении войска Потоцкого под Гуржно, в  июне в неудачной для шведов битве при Тшцяне. На счету финнов в  Лифляндии – победы при Вендене и Зельбурге (1627), неудача при Трейдене  (1628).
На  следующий год после заключения Альтмаркского перемирия с Речью  Посполитой, в июне 1630 года, армия Густава Адольфа вступила в  Тридцатилетнюю войну.
Европу  финны поразили. Один французский офицер на шведской службе писал: «Это  настоящие железогрызы! Финны по своему сложению люди низкорослые, но  отважные и привычные к лишениям. Служат они на скудном рационе, обходясь  без удобств. Это воистину люди из железа, и никакое оружие их не  устрашает, никто не заставит их отступить – того в отряде, кто  поворачивается к врагу спиной, они более не считают сыном своей Отчизны.  Было интересно наблюдать, как они идут в бой. У них сбоку на ремне  висят точильные камни, и сразу после получения приказа о выступлении и  барабанной дроби они начинают точить свои мечи, и кажется, что артель  косцов готовится к покосу. Но с финнами не до игрушек, когда речь о  сражении...»
В  победной битве при Брейтенфельде в сентябре 1631 года между войсками  Густава Адольфа и имперцами Тилли финский полк подполковника  Стольхандске, сражаясь на правом фланге вместе со шведской конницей,  отразил семь яростных атак ранее непобедимых валлонских кирасир  Паппенхейма и обратил остатки их в бегство, затем со шведскими рейтарами  окружил и полностью вырубил полк герцога Голштинского и захватил  позиции артиллерии, тут же обращенной против неприятеля.
В  победоносном движении армии к Рейну финские рейтары, следуя во главе с  самим королем, встретили в Гессене превосходящий отряд кроатов в три  тысячи сабель и в короткой схватке рассеяли его.
В  октябре 1632 года отряд финских добровольцев дерзким ночным нападением  овладел подъемным мостом и главными воротами неприступного епископского  замка Мариенбург в Вюрцбурге на Майне – главной католической твердыни  Германии, в кровопролитном бою открыв путь штурмующим.
Далее  Густав повел армию на юго-восток. В битве при реке Лех в Баварии в  феврале 1632 года финские конники решили исход дела, переправившись  через бурную реку и зайдя в тыл защищавшей предмостное укрепление  имперско-баварской армии Тилли, который был смертельно ранен.
В  битве при Альте-Весте под Нюрнбергом 24 августа 1632 года гаккапелиты  вновь встретились в бою с имперской конницей. В упорном сражении 24  августа у реки Регниц шведско-финская рейтария отразила, одолела и  загнала лучших кирасир Гроненберга в илистую реку, а сам он пал смертью  героя. На смену ему ринулась в атаку тяжелая баварская конница Фуггера и  потеснила финнов к лесу, где противника встретили залпы шведской  пехоты. В итоге Фуггер погиб, а его латники на огромных конях вновь были  отброшены измученными гаккапелитами, боевой престиж которых поднялся  еще выше.
В  битве при Лютцене в октябре 1632 года, где пал Густав II Адольф,  гаккапелиты не дрогнули перед этим известием и достойно отомстили врагу  за смерть своего короля, разбив противостоявших им кроатов и лисовчиков,  а подошедший в конце боя Паппенгейм, пытавшийся со своими кирасирами  атаковать их, погиб.
В  1634 году протестантская армия потерпела сокрушительный разгром при  Нордлингене, пали там и многие оставшиеся к тому времени в рядах финские  ветераны. В восполнение потерь в том же году в рамках создания  регулярной армии из рекрутов в Финляндии были набраны и направлены в  Германию новые рейтарские полки.
Отличились  финские конники также и во второй битве при Брейтенфельде и Виттштоке  (1642), где удар в тыл имперцев кавалерии Стольхандске и Кинга решил  исход дела, в походах в Силезию, Чехию и Данию, при Янкове (1645) и  Ленце (1648).
Принимала  участие финская кавалерия и в последующих войнах с Речью Посполитой,  Данией и Россией. Сражались под Полтавой, а окончательно финские  драгунские и рейтарские полки были разгромлены русскими уже на их  родине, в битве при Наппо зимой 1714 года.
Финские  войска шведской короны не раз были биты русскими также и в войнах  1741–1743, 1788–1790 и 1808–1809 годов, причем последняя (Ботническая)  война положила конец национальным финским формированиям в шведской армии  из-за перехода Финляндии под власть Российской империи.
Сегодня в Финляндии гаккапелиты имеют такой же культовый статус, как крылатые гусары в Польше