"Темный Лорд устал" Тимофея Афаэля и Алексея Сказа

Очень многие истории про перерожденцев / попаданцев / начинателей-заново-с-нуля (нужное подчеркнуть) грешат следующим: сначала авторы показывают нам величайшего императора / владыку / ассасина / героя (нужное подчеркнуть) всех времён и народов, причём частенько даже попросту объявляют ГГ таковым, не утруждаясь сколько-нибудь удовлетворительным обоснованием нереальной крутости своего персонажа... так вот, переродившись или попав, или ...ну, вы поняли..., ГГ тут же начинает себя вести либо как туповатый подросток (в которых обычно и попадают подобные герои), либо как немного поумневший подросток, реже как довольно опытный взрослый. Очень редко можно увидеть, чтобы могущественное существо вело себя и в новой жизни подобающим своему прошлому статусу образом.

Так вот, к чему это я? "Темный Лорд устал" — достаточно удачный пример отсутствия такого недостатка. Темный Лорд здесь говорит, действует и всячески ведёт себя более или менее соответствующе. Именно это подкупило меня и заставило продолжать чтение вплоть до текущей 6 книги. Правда, с каждым томом повествование всё чаще ведётся от лица других персонажей, что довольно логично — авторы хотят показать всю нереальную мощь и крутость ГГ глазами окружающих. С другой стороны, такой приём немного размывает первоначальную прелесть произведения.

Главный минус, с моей точки зрения, — довольно странный мир, в который как в салат авторы решили запихнуть почти всё, за исключением, разве что, китайских культиваторов ци и суккубов. Тут тебе и император Шрёдингера, и дворянские роды, и чиновничество, и спецслужбы, и культисты, и ушлые дельцы, и какие-то непонятные разломы, и, соответственно, бандформирования дружины приключенцев. Магия соседствует с развитыми технологиями — их взаимоотношения остаются практически без объяснений. В общем, в этом мире было примерно всё, кроме нереально крутого ГГ, и авторы решили такой вопиющий недочёт исправить. Говоря строже, создаётся впечатление, что конкретные общественные институты появляются в произведении сугубо ad hoc, без полноценного продумывания и приспособления к уже введённым реалиям.

Пока что продолжаю читать, но зарекаться, как раньше, что ни в коем случае не брошу, уже не стану.